Перец Маркиш. 1921 год © Blavatnik Archive

Из далей голубых я сотворён,

Из ткани бытия,

Из всех времён.

Я сам — во времени,

И время — это я!..

Перец Маркиш

7 декабря исполняются 125 лет со дня рождения ПЕРЕЦА МАРКИША – поэта и писателя, сочинявшего на идише.

ИЗ КНИГИ ЖИЗНИ:

• 25 ноября (7 декабря) 1895 г. – родился в местечке Полонное на Волыни в бедной еврейской семье. Отец, Давид Маркиш, был портным, мать, Хая, занималась розничной торговлей сельдью. С трёх лет учился в хедере.

• 1902 г. – поёт в синагогальном хоре.

• 1904 г. – поступает на службу в «Полонское ссудо-сберегательное сообщество».

• 1910 г. – в возрасте 15 лет пишет по-русски первые религиозно-мистические стихи.

• 1916 г. – Отправляется на фронт. В одном из боев он получает контузию.

• 1921 г. – приезжает в Варшаву, где выпускает несколько поэтических сборников.

• 1922-23 гг. – посещает Францию, Германию, Италию, Израиль и другие страны. Вернувшись в Польшу, становится одним из основателей ежемесячника «Литерарише блетер», где печатает статьи по литературным проблемам.

• 1924 г. – встречается в Париже с Марком Шагалом. Они были дружны еще в России до эмиграции Шагала.

• 1926 г. – приезжает в СССР.

• 1930 г. – заключает брак с  семнадцатилетней Эстер Лазебниковой. Весной 1931 года у супругов родился сын Симон. 24 сентября 1938 г. – второй сын — Давид.

• 1939 г. – становится единственным из советских еврейских писателей кавалером ордена Ленина.

• В ночь с 27 на 28 января 1949 г. – арестован как член президиума Еврейского Антифашистского комитета.

• 12 августа 1952 г. – расстрелян. Посмертно реабилитирован 22 ноября 1955 года. Место захоронения праха — Новое Донское кладбище в Москве.

• 12 августа 2020 г. на стене дома 36, стр. 1 на 1-й Тверской-Ямской улице, где Маркиш жил вплоть до своего ареста в 1949 году, установили памятную табличку.

В 1989 году вдова писателя ЭСТЕР МАРКИШ, писательница и переводчица, выпустила том воспоминаний Столь долгое возвращение, написанный в 1974 году, посвященный жизни Переца Маркиша и своей семьи. После ареста мужа Эстер была репрессирована как жена врага народа, вместе с сыновьями находилась в ссылке в Казахстане. В 1954 году вернулась в Москву, а с 1972-го жила в Израиле.

Цитаты из книги Эстер Маркиш

«Столь долгое возвращение»:

Те страшные времена, которые я описала в этой книге, хоть и ушли в историю, но не каменели, не омертвели.

Первая память – как первый оттиск гравюры: самая отчетливая, самая резкая. Светом памяти озаряются почти все сколько-нибудь значительные события в жизни. И это озарение – не солнечное, не лунное. Это озарение пожара, зажженного руками убийц еврейских стариков.

Русская революция опрокинула наш уклад, вывернула жизнь как перчатку – наизнанку.

Кто убивал? Белые? Зеленые? Красные? Петлюровцы? Бандиты всех мастей и цветов? Люди убивали людей. Нелюди убивали евреев.

Лишь собственное горе заставило нас осознать весь ужас нашей жизни в целом – не только муки евреев или муки интеллигенции, но муки всей страны, всех социальных групп, всех народов, ее составлявших.

И как все, не знал, что «десять лет заключения без права переписки» – это расстрел, что в тюремных подвалах пытают заключенных, что миллионы ни в чем неповинных людей сидят в концентрационных лагерях. Не знал – и продолжал верить в справедливость идей и действий «строителей новой жизни». Теперь мне страшно об этом вспоминать. Но это правда, и я не хочу ее скрывать.

Я не знаю, кто судил Маркиша и его товарищей. Я не знаю, кто еще сидел в зале суда по ту сторону «скамьи подсудимых». Я не знаю, откуда известно людям о том, что говорил Маркиш в своем последнем слове.

Пуля, пущенная ему в затылок, отняла жизнь не только у него, но и у той культуры, которая была смыслом всей его жизни.

По эту сторону оставалось насилие, издевательство над человеческой личностью, КГБ, тюрьмы и лагеря. По ту сторону открывалась свобода, достойная жизнь, родина, отделенная от нас несколькими часами полета – и вечностью. Чем больше мы провожали людей, тем светлей и горше становилось у нас на душе: едут евреи – значит, уедем и мы. Только – когда? Доживем ли мы до этого дня?