ДОЧЕРИ ВСПОМИНАЮТ СВОИХ МАТЕРЕЙ –

УЗНИЦ КОНЦЕНТРАЦИОННОГО ЛАГЕРЯ В РАВЕНСБРЮКЕ

Приблизительно 120 000 женщин стали узницами в концентрационном лагере Равенсбрюк. Согласно нацистской идеологии для этих женщин, преследовавшихся по расовым и политическим мотивам, в Европе не было места. В Равенсбрюке была «другая Европа».

АНГЕЛА КАБЕСА

Заключение в Равенсбрюке: с 18 мая 1944 г. по 1945 г.

Она родилась в Испании, а позже жила во Франции. Во время немецкой оккупации французской территории она участвовала в секретных встречах, распространяла листовки и журналы, занималась другими запрещенными видами деятельности.

23 марта 1941 г. ее по доносу арестовала французская полиция и приговорила к двум годам тюремного заключения. Вместо ожидаемого освобождения ее депортировали в лагерь Равенсбрюк. Она прибыла туда 18 мая 1944 г. С тех пор у нее был только номер – 39144. Она должна была запомнить его по-немецки, чтобы избежать избиения во время построения. Ей пришлось познать не только унижение, дегуманизацию и страх, но и солидарность, и достоинство при унижении. Она выполняла изнуряющую работу: перевозила камни для дорожного строительства.

Ее освободила Красная Армия 8 мая, а в Париж она прибыла 19 мая 1945 г.

Мари-Франсе Кабеса Марне, Франция. Дочь Ангелы Кабеса

ДЕЖЁ СИЛАДЬИ

Заключение в Равенсбрюке: с 1944 г. по апрель 1945 г.

Из членов моей семьи в Равенсбрюк были отправлены мама, тетя и бабушка. Их перевозили в вагонах для скота без туалетов, среди человеческих фекалий. Поездка заняла три дня. Роза Фехервари, моя бабушка, родившаяся в 1896 г., была убита через три дня после ее прибытия в Равенсбрюк. Самой большой трагедией было то, что моей бабушке было 48 лет, а в лагерь принимали только женщин до 45 лет. Она знала о том, что двух ее дочерей, Розу и Марианну, должны были увезти в Равенсбрюк на смерть, поэтому поехала вместе с ними и умерла как мученица. Марианна умерла в Маутхаузене за день до освобождения. Выжила только моя мама Роза. Ее освободили 5 мая 1945 г. в Маутхаузене. На момент освобождения она весила 28 кг. В Будапешт она приехала 8 июня. Состояние ее здоровья было очень плохим. Все эти трагедии были вызваны убийственным антисемитизмом.

Петер КУНСАГИ, Венгрия. Сын Дежё Силадьи

АННА БУРГЕР

Заключение в Равенсбрюке: с 6 мая 1941 г. по 2 декабря 1943 г.

У моей бабушки Анны Бургер было пятеро детей. Они жили в очень плохих условиях. Зачастую она была вынуждена зарабатывать на жизнь воровством и попрошайничеством, но даже этого было недостаточно. Однажды темной ночью она украла для своих детей одеяла. Ее увидели и доложили о ее поступке. Как результат, в 1940 г. бабушку арестовали. После тюремного заключения ее депортировали в концентрационный лагерь Равенсбрюк.

Моя бабушка была узницей Равенсбрюка с 6 мая 1941 г. по 2 декабря 1943 г., где она погибла в возрасте всего 30 лет в результате смертельной инъекции. Из воспоминаний о бабушке у меня остались только фотографии и рассказы моей матери, а также информация, полученная за годы исследований. Концентрационный лагерь Равенсбрюк стал для моей бабушки настоящим мучением. Здесь она погибла, зная о том, что пятеро ее детей предоставлены сами себе.

Для моей матери концентрационный лагерь Равенсбрюк был местом, которое лишило ее детства. В 2016 г. моя мама сказала: «Когда я нахожусь в том месте, где была моя мама, я чувствую, что иду по ее стопам…».

Зигрид ФАРЕКЕР, Австрия. Внучка Анны Бургер

БАРБАРА ХИРШ

Заключение в Равенсбрюке: с января 1945 г. по 28 апреля 1945 г.

Моя мама участвовала в движении Сопротивления в рамках Союза коммунистической молодежи. Мама попала в концентрационный лагерь Аушвиц с пометкой «Возвращение нежелательно!». Затем ее перевели в лагерь смерти Биркенау. Здесь она находилась в заключении до января 1945 г., когда ее отправили на первый марш смерти, целью которого был Равенсбрюк. Во время второго марша смерти в апреле 1945 г. она с четырьмя подругами смогла бежать в лес. Потом большую часть пути прошла пешком до Вены. Короткие участки они преодолевали на поездах и конных повозках.

Мама никогда не сожалела о пути, который выбрала. Моя мама всегда очень хотела передать следующим поколениям знание о том, что позволило состояться таким ужасным вещам, как ненависть, страх и несолидарное поведение. Борьба против фашизма означает, помимо прочего, защиту мира.

Вера МОДЯВЕР, Австрия. Дочь Барбары Хирш

ЛИЗ БОРСУМ

Пребывание в Равенсбрюке: с июня 1943 г. по 7 апреля 1945 г.

Вскоре после начала войны Лиз присоединилась к движению Сопротивления. В октябре 1942 г. дом семьи Борсум стал центром спасения норвежских евреев.

Затем Лиз вступила в подпольную организацию, которая организовывала перевозку беженцев в нейтральную Швецию. В ночь на 28 апреля 1943 г. супруги Борсум были арестованы. Лиз Борсум отправили в тюрьму Грини в Осло, где она находилась с 27 апреля по 13 июня 1943 г. Затем ее депортировали в концентрационный лагерь Равенсбрюк. Ей дали тюремный номер 20807.

Она находилась на грани смерти, когда пришло спасение в виде «белых автобусов», отправленных Шведским Красным Крестом, чтобы доставить скандинавских заключенных домой. В 1946 году она опубликовала книгу «Fange i Ravensbrück» («Заключенная в Равенсбрюке»), в которой помимо прочего описала пытки во время допроса.

Бенте БОРСУМ, Норвегия. Дочь Лиз Борсум

НЕУС КАТАЛА ПАЛЛЕХА

с 3 февраля 1944 года по 5 мая 1945 года в концентрационном лагере «Равенсбрюк» 

Моя мать была коммунисткой, во время гражданской войны в Испании стала медсестрой и в феврале 1939 года организовала переход границы во Францию для 182 детей, потерявших своих родителей. Ее участие во французском движении Сопротивления было логическим продолжением ее борьбы с фашизмом в Испании.

На Неус донесли, ее заключили в тюрьму и депортировали в Равенсбрюк в феврале 1944 года.

Моя мать всегда говорила, что Данте, когда писал «Ад», первую часть своей «Божественной комедии», не знал о существовании лагеря «Равенсбрюк». Он не мог себе даже представить такое. Но Равенсбрюк был не только местом невообразимого ужаса, но также и местом солидарности и сплоченности. Там она узнала, что «тот, кто думает не так, как ты, может быть лучше тебя». Ее боевые подруги оказывали сопротивление «ради высокого идеала, придающего смысл жизни и благодаря которому человек морально бесконечно возвышается над своими палачами».

Маргарита КАТАЛА, Испания. Дочь Неус Каталы Пальежи

ЯНИНА ЦИШЕВСКАЯ

Заключение в Равенсбрюке: с августа 1944 г. по май 1945 г.

В конце августа 1944 г. во время Варшавского восстания ее депортировали в концентрационный лагерь Равенсбрюк (тюремный номер Янины № 63 392, ее матери Владиславы – 63 393).

В мае 1945 г. вместе с группой нескольких полек, спасшихся из Равенсбрюка, она пришла пешком в Польшу; дорога заняла около месяца. Моя мама и бабушка вернулись к руинам Варшавы, которую сравняли с землей, к дому, которого уже не было. Они вернулись пешком в поисках своего человеческого счастья, искупленного слезами и страданиями, пережитыми в лагере, когда они были всего лишь «номерами». В этом пути их сопровождали муки неуверенности и страха, слезы и молитва.

Моя мама была смелой женщиной, упрямой, но любезной, с сильной волей к жизни. Надежда на лучшую судьбу и поддержка ее мамы и моей бабушки Владиславы помогли ей пережить адскую войну и начать строить новую жизнь в полностью разрушенной Варшаве.

Ханна НОВАКОВСКАЯ, Польша. Дочь г-жи Янины Цишевской

РОЗА КУГЕЛЬМАН

Заключение в Равенсбрюке: с 13 декабря 1943 г. по июль 1944 г.

Очевидно, нас арестовали как лиц неарийского происхождения (точная причина мне неизвестна). Сначала нас посадили в тюрьму гестапо, позже – в концентрационный лагерь Мехелен в Бельгии. А потом нас разделили: всех мужчин и подростков отправили в Бухенвальд, женщин с детьми – в Равенсбрюк. В лагере я видела маму лишь однажды. Мама не вернулась из Равенсбрюка – ее сожгли в печах крематория в концентрационном лагере. Там она была лишена всего, у нее нет даже могилы.

Я не знаю, что значил Равенсбрюк для моей мамы. Однако в моей жизни он стал самым страшным оружием, отобравшим у меня дорогого и любимого человека. Я осталась сиротой, когда мне еще не было и пяти лет. Сколько себя помню, во мне всегда жила надежда отыскать отца. И если бы не помощь женщин из Равенсбрюка, я бы никогда его не нашла. А еще я бы никогда не поняла, что такое жертвенная любовь людей, переживших ад. И Равенсбрюк был для нас тем, что связывало, сближало и сводило выживших. Эта любовь – высшая ценность в мире, которая остается до самого конца, до последнего часа жизни.

Стелла НИКИФОРОВА (Кугельман), Россия. Дочь Розы Кугельман

МИРОСЛАВА БЕРДЫХОВА

Заключение в Равенсбрюке: с 14 января 1942 г. по апрель 1945 г.

До войны моя мама была членом Коммунистической партии Чехословакии. Во второй половине 1941 г. ее посадили в тюрьму в Панкраце, в Праге, а отец был позже заключен в Малую крепость Терезин и концентрационный лагерь Маутхаузен. Маму потом перевезли в Равенсбрюк, где она прожила до конца войны. У нее был номер 9030.

В конце апреля 1945 г. женщин выгнали из лагеря на марш смерти. Моей маме вместе с четырьмя подругами удалось бежать в Гольдберг. Первым делом молодые женщины сшили себе в заброшенном доме гражданскую одежду. После освобождения Гольдберга им удалось перейти на сторону Советской Армии. Я была в рядах первых детей, родившихся у заключенных после войны.

Когда я спросила маму о концентрационном лагере, она сказала: «Моя самая лучшая весна случилась тогда, когда я сбежала с марша смерти». Родители никогда не говорили со мной об ужасах лагеря. Моя мама начала рассказывать моим сыновьям о своем опыте заключения в концлагере только в старости. Она сказала, что выжить ей помогли солидарность с другими узниками, взаимопомощь и культура, но главным образом то, что она активно занималась спортом до войны.

Катержина Кочкова, Чешская Республика. Дочь Мирославы Бердыховой

ЯРОСЛАВА СКЛЕНИЧКОВА

Заключение в Равенсбрюке: с 14 июня 1942 г. по 28 апреля 1945 г.

Ярослава Скленичкова была заключена в концлагерь Равенсбрюк в 16-летнем возрасте вместе с другими женщинами из Лидице. Она выжила благодаря также поддержке своей матери и сестры Милославы, находившимся в заключении вместе с ней. Им всем посчастливилось дождаться окончания войны. Женщин перевезли в Равенсбрюк после оккупации Лидице нацистами. Деревня была сожжена 10 июня 1942 г., мужчин и мальчиков старше 15 лет расстреляли, а 102 детей отравили газом в лагере смерти в Хелмно. Только 17 детей дожили до конца войны.

В конце апреля 1945 г. Ярослава прошла четырехдневный марш смерти длиной в 127 километров, и ее освободили в Кривице. Возвращение на родину было очень грустным, потому что их дом разрушили, а любимого отца застрелили.

В 2006 г. она опубликовала книгу о своей жизни, которая стала бестселлером и была переведена на разные языки. Несмотря на серьезные проблемы со здоровьем в результате заключения в молодости, она по-прежнему любит своих внуков и правнуков, не безразлична к нынешним проблемам общества. Ярослава открыто высказывается против ксенофобии и беззакония.

Габриэла Хавлуйова, Чешская Республика. Подруга Ярославы Скленичковой

КОНСТАНЦА МАРТИНЕС ПРИЕТО

Заключение в Равенсбрюке: с 25 июня 1944 г. по 22 апреля 1945 г.

Констанца была активным членом организации Объединенной социалистической молодежи (Juventudes Socialistas Unificadas). Когда Франция вступила в войну, власти потребовали от Констанцы вернуться в Испанию. Она отказалась. 27 июня 1942 г. ее арестовали во время рейда и посадили в тюрьму в Париже. В июне 1944 г. Констанцу привезли в концентрационный лагерь Равенсбрюк, где она пробыла почти месяц. С конца июля 1944 г. до освобождения она была занята на принудительных работах для военного производства.

С приближением советских войск эсэсовцы решили эвакуировать Равенсбрюк и его вспомогательные лагеря. Когда патрули исчезли, женщины разделились на небольшие группы, каждая из которых продолжила путь отдельно. Группу, в которую входила Констанца, еще три испанки и француженка, приняла другая группа военнопленных, работавших на ферме. Они прятались там до тех пор, пока советские войска не прибыли в Шенефельд 22 апреля 1945 г.

«Своей жизнью я обязана очкам. Я носила очки с детства, а через день после приезда в Лейпциг они разбились. Надзиратели сказали, что починят очки, но так их мне и не вернули. Первые дни без очков были ужасны». Однако в итоге Констанца была благодарна за потерю очков, потому что, согласно приказу командира лагеря, все женщины, носившие очки, отправились в газовую камеру. У Констанцы были серьезные проблемы со здоровьем в результате мучений, которые она испытала во время заключения. Однако она продолжала свидетельствовать о том, что происходило в концлагерях. Она была вице-президентом объединения Amical de Mauthasen.

Тереха дель Ойо, Испания. Подруга г-жи Констанцы Мартинес Прието

ЕВА ТУРКУ

Заключение в Равенсбрюке: с августе г. 1944 г. по сентября 1944 г.

Моя мама Эва родилась в 1926 г. в городе Орадя (венг. Nagyvarad) на северо-востоке Румынии, в Трансильвании. В 1940 г. часть Румынии (северо-западная Трансильвания), включая город Орадя, перешла Венгрии и была возвращена лишь после войны. Ввиду этого, моя мама и ее родственники находились на венгерской земле, когда вступили в силу антисемитские законы. С апреля 1944 г. были созданы гетто, а в мае началась транспортировка людей в Освенцим на так называемых поездах смерти.

Моя мама со своей семьей прибыла в Освенцим 1 июня 1944 г. Здесь погибли ее мать, отец и сестра. В августе 1944 г. маму перевезли в Равенсбрюк. В апреле 1945 г. подошел фронт, и заключенных эвакуировали в Вальденбург, где их освободили американские войска.

Во время войны евреев на румынской территории депортировали в лагеря в Восточной Европе, ближе к российской границе (в Приднестровье). Холокост в Румынии – это то, что случилось с этими евреями, а не истории, подобные истории моей семьи. История моей мамы, которая приехала в Равенсбрюк в возрасте семнадцати лет из Венгрии как еврейка, необычна и не связана с Холокостом в Румынии.

Люция Спулбер, Румыния. Дочь Евы Турку

Источник