Arhiva presei evreiești * По архивам еврейской прессы

Retrospectiva presei evreiești din Moldova. Pagină gestionată de către Ana BAȚMANOVA – directorul bibliotecii evreiești-Centru Cultural ”I. Mangher” și Miroslava METLEAEVA – doctor în filologie, membru Uniunii scriitorilor din Republica Moldova și România, membru PEN Clubului Internațional.
Ретроспектива еврейской прессы РМ. Модераторы страницы: Анна БАЦМАНОВА – директор еврейской библиотеки-Культурного цетра им. И. Мангера и Мирослава МЕТЛЯЕВА – доктор филологии, член Союза писателей Республики Молдова и Румынии, член международного ПЕН Клуба.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Есть весьма спорное утверждение, что то, с чем согласна большая часть человечества, принято считать истиной. Не будем углубляться в детали, но все же есть одна истина, с которой нельзя не согласиться. И она довольно проста – коротка человеческая память. Промелькнуло «сегодня», и, глядишь, оно уже «вчера». Фиксаторы времен – дневники, мемуары, газетные полосы (а когда-то и письма) в какой-то степени дают нам возможность удержать то, что неминуемо скрывается в дымке прошлого. Но бумага ветшает, рассыпается…

Занимаясь сохранением новых библиотечных архивов, то есть информации о том, что происходило совсем недавно, при помощи новых технологий (например, оцифровки), я обращаю внимание на то, что даже новые поиски и изыскания постепенно тускнеют в памяти. Просматривая подшивки десятилетней давности, нахожу то, о чем хочется напомнить тем, кто был участником событий, и тем, кто был тогда ребенком, а теперь подрос и кому впору узнать, что делалось старшими для возрождения истории бессарабского еврейства.

Анна Бацманова

Предлагаю вниманию посетителей нашего портала статью Анны Цорн из газеты «Истоки» №1(37) за 2010 год

ПОМНИТЬ, ЧТОБЫ ЖИТЬ

Еще одно белое пятно исчезло с карты ареала современного еврейства – экспедиция агентства «Сохнут» с традиционным названием «По еврейским местам Молдовы» вернула местной Еврейской общине координаты захоронения известного хасидского раввина Исроэля Иоффе. Его деятельность приходится на конец 19 – начало 20 вв. В интернете о нем сообщают, что в Бельцах жил цадик, совершавший чудеса, и что умер он примерно в 20-е годы прошлого столетия. Могила была обнаружена в ходе подготовки экспедиции. Как оказалось потом, ее давно и тщетно разыскивали исследователи.

Обследуя предстоящий маршрут, в том числе и старое Бельцкое еврейское кладбище,  организаторы мероприятия – директор образовательных проектов агентства Михаил Вайнштейн, сотрудник Еврейской библиотеки им.И.Мангера Ольга Сивак, а также активисты международного еврейского движения Анна Черноскутова и Егор Яртагаев – случайно наткнулись на необычный склеп, отгороженный от мира густым кустарником. Из соответствующей литературы следовало, что в подобных сооружениях хоронят только раввинов, причем только в Бессарабии и Северной Буковине.

С помощью специалистов удалось прочитать выбитые в камне трудно различимые надписи. В тексте сообщалось, что здесь похоронен рабби Исроэль Иоффе,  ушедший в мир иной 18 декабря 1928 года (5689-го, по еврейскому календарю), имеющий отношение к движению Хасидуд-копуст (одно из направлений хасидизма, распространенное в Бессарабии), внук рабби Шнеура Залмана. Рядом с ним, скорее всего, была похоронена рэбэцин, но время не сохранило ее имя. Не уцелела и узорчатая чугунная решетка на входе в склеп, которая, как говорили, прежде оберегала покой рэбэ. Активисты Бельцкой еврейской общины разыскали живущих в Израиле возможных родственников цадика и занялись восстановлением его склепа и могилы.

– На наш запрос откликнулась Мирра Чернавская, бывший преподаватель Бельцкого университета, предположительно правнучка рэбэ Исроэля, – рассказал Михаил Вайнштейн. – Как сообщила наша бывшая соотечественница, она знала о том, что ее дедушка, Давид Иоффе, и его братья были очень уважаемыми людьми, лидерами довоенной еврейской общины Бельц. Причем знала еще в те времена, когда об этом не принято было говорить. Она была знакома с детьми каждого из братьев Иоффе. Один из них – известный литератор, главный редактор литературного журнала. Дочь другого брата прожила очень долгую жизнь и успела много поведать о своих родственниках. Лет 18-20 назад в Израиле вышла солидная книга под названием «Бессарабия», одна из глав которой посвящена семье Иоффе. Существует уходящее корнями в 16-й век генеалогическое древо этой семьи, подаренное Мирре внуком самого старшего из братьев.

Но вот нашлось ли в сплетении ветвей этого древа местечко, достойное достопочтенного рава Исроэля? И можно ли с достоверностью утверждать, что братья Иоффе – его сыновья или племянники? Чтобы выяснить это, редакция «ИЖ», в свою очередь, тоже отправила свое послание в Израиль. Вместе со всеми, кому интересна еврейская история нашего края, мы будем счастливы получить ответ и опубликовать его в очередном номере газеты.

Что же касается итогов экспедиции агентства «Сохнут», хочется отметить, что энтузиазм ее участников (их было 95 человек) превзошел все самые оптимистичные ожидания организаторов. Большинство ребят открыли в интернете свои блоги, нашли много новой информации и теперь обмениваются и активно обсуждают ее. Короче, процесс пошел. И точкой его отсчета стало не только Бельцкое, Оргеевское, Рыбницкое или, скажем, Рашковское кладбище. Важно, что везде – и в синагогах, как действующих, так и давно заброшенных, и в зданиях бывшей Еврейской больницы и Еврейского культурного центра северной столицы Молдовы – ребята чувствовали себя продолжателями еврейской национальной традиции, а не сторонними наблюдателями. В Бельцах, на специальных занятиях они, затаив дыхание, в внимали мадрихам, разъясняющим, как читать тексты и объяснять рисунки на древних мацевах (еврейских надгробных плитах), в Дубоссарах, на Мемориале жертвам фашизма, с горечью констатировали, что он очень напоминает свой страшный аналог – Пискаревское кладбище, а в Теленештах целых четыре часа дружно работали на расчистке одного из старейших в регионе еврейских кладбищ. И это была уже группа не праздных экскурсантов, а людей, связанных духовным родством, единая семья – Бейт-Исраэль, Бейт-Яаков.

Как утверждает руководитель Центра неформального еврейского образования при Институте изучения иудаизма в СНГ рав Адин Штейнзальц, «В жизни народа Израиля история занимает совершенно особое место. Все остальные народы объединяют общее происхождение, страна проживания, язык, культура. Евреи сегодня рассеяны по всему миру, их древний язык является разговорным только для израильтян, с отходом от религии распадается и культурная общность, поскольку в основе еврейской культуры лежит иудаизм… Остается признать: единственное, что нас объединяет, – это история. История еврейского народа и есть его родина».

Понять смысл этого, осознать себя «внутри» еврейского наследия участникам экспедиции, проведенной в Молдове впервые, похоже, действительно удалось. Впрочем, и выявить  множество проблем – тоже. Пожалуй, самая главная из них – придание некоторым объектам статуса памятников культуры национального значения. Без заинтересованной помощи официальных властей ее не решить.

№1(37) 2010

………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Что такое театр в мироощущении евреев? На мой взгляд, театр, как зрелище, как украшение, как поучение жизни вписан в генетику народа Книги. Взять, к примеру, Пурим-шпили. Не буду перечислять выдающихся деятелей театрального искусства еврейского происхождения всех времен народов – несть им числа. А вот об исконно еврейском театральном искусстве сказано не так уж много, а уж об еврейском театре в Молдове — и того меньше. Лет десять назад в Москве под эгидой Российской государственной библиотеки искусств вышла книга «Национальный театр в контексте многонациональной культуры», в которую вошли материалы Шестых Международных Михоэлсовских чтений (2009). Представленные в издании доклады и сообщения традиционно охватывали проблематику национального театра в поликультурном пространстве. Особенность Михоэлсовских чтений — информационные, библиотечные и архивные аспекты исследований. Обязательными для Чтений стали материалы о жизни и творчестве великого актера и режиссера Соломона Михоэлса и истории еврейского театра. В сборнике в статье Ольги Тиховской (ИЖ.№4, 2010), которая была опубликована и в газете «Истоки жизни», была представлена и часть истории еврейского драматического искусства в Молдове. Предлагаем статью вниманию пользователей портала.

Мирослава Метляева.

КИШИНЕВСКИЙ ЕВРЕЙСКИЙ НАРОДНЫЙ ТЕАТР

В КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ ПОЛИЭТНИЧНОГО ГОРОДА

(1966-1971)

В мае 2002 г. на сцене Национального театра им. Михая Эминеску в столице Молдовы был показан спектакль «Блуждающие звезды», посвященный памяти Кишиневского еврейского народного театра и его художественного руководителя, режиссера Рувима Левина, трагически погибшего в 1972 году.

В оригинальной сценической композиции символически пересекались события еврейской истории XX века. Действие было построено на «странных сближениях» судеб драматических персонажей и реальных личностей. В метафорическом пространстве за королем Лиром и его Шутом пристально наблюдали сотрудники Министерства государственной безопасности. И здесь же, под скрежет автомобильных тормозов, Соломон Михоэлс и его ученик, бывший студент Московского государственного еврейского театрального училища Рувим Левин, вновь погибали — каждый в свой черед.

В несценической действительности, после убийства Михоэлса в 1948 г., его ученикам предстояло пережить еще немало событий, гибельных для еврейской культуры.

До закрытия училища в феврале 1949 г. Рувим Левин в числе других третьекурсников успешно сдал экзамены зимней сессии. Однако отличные результаты, казалось, уже не имели никакого значения: этим актерам без диплома предстояло жить в культурном пространстве, где один за другим закрывались еврейские театры.

Но культура существует по своим законам: ее тотальное уничтожение не под силу исторически краткосрочным акциям, пусть и в масштабах антисемитских сталинских кампаний.

Семнадцать лет спустя после ликвидации Московского ГОСЕТа Рувим Левин — единственный из всех своих сокурсников — станет режиссером еврейского музыкально-драматического театра, который в течение пяти лет будет существовать в исторически полиэтничном пространстве, где традиции идишской культуры — «идишкайт» -складывались в течение почти двух столетий.

Произойдет это в Кишиневе, столице советской Молдавии, где сойдутся пути многих активных деятелей еврейской культуры и где — в хронологически узких рамках уже на излете подмерзающей хрущевской оттепели — будет предпринята попытка возрождения бессарабского еврейства.

Именно в середине 1960-х гг. отмечается ряд социокультурных явлений, которые можно определить как «компенсационные»: это шаги к возрождению некоторых элементов общинной жизни, стремление профессиональных деятелей культуры, не отказываясь от еврейской идентичности, вписаться в советский культурный контекст.

Ключевым объектом на карте еврейского Кишинева стал студийный театральный коллектив, сыгравший важную роль в сохранении преемственности национальных традиций.

Возрождение еврейской общины Кишинева в послевоенный период (пусть и с утратой ряда элементов общинной структуры) оказалось объективно невозможным. На длительный срок растянулся процесс возвращения евреев-беженцев, евреев-кишиневцев из эвакуации, а после 1953 г. — из мест заключения. Сталинские репрессии, начавшиеся сразу же после установления Советской власти в довоенном 1940 г., затронули и еврейское население Кишинева.

В группе арестованных в феврале 1949 г. бессарабских еврейских писателей были Янкель Якир и Мотл Сакциер, активно работавшие в литературе и еврейском театре еще в довоенном Бухаресте. В 1940 г., вернувшись в Кишинев, оба писателя участвовали в создании Государственного еврейского театра Молдавской ССР, а после освобождения из сталинских лагерей стремились вернуться к профессиональной деятельности.

1960-е гг. — время динамичного развития Кишинева как столицы исторически молодой советской республики. По данным переписи 1959 г., в столице Молдавии проживали 42,9 тыс. евреев, что составляло одну пятую всего населения города. Таким образом, еврейское население имело определенный потенциал для культурного саморазвития.

Часть восстановленных и национализированных после войны построек ранее принадлежала еврейской общине или кишиневцам-евреям. Многие здания были знаковыми для города именно своей памятью о еврейской истории и культуре. Синагоги и молельные дома, благотворительные еврейские организации и учебные заведения, которыми славилась довоенная кишиневская община, не вписывались в социалистическую реальность. Однако еврейское культурное присутствие, прямое и опосредованное, не прекращалось и в 1960-е гг.

Появились новые высшие учебные заведения, развивалась академическая наука, создавались новые профессиональные театральные, музыкальные, филармонические коллективы, выросло число новых периодических изданий. Активно развивалась художественная самодеятельность, любительские коллективы становились объектом внимания прессы и телевидения наряду с профессиональными театрами.

Такой социокультурный контекст оказался благоприятным для возрождения еврейского театра в городе, где в период между двумя мировыми войнами ставились спектакли на идиш, где постоянно гастролировали еврейские труппы и где после установления Советской власти в 1940 г. был организован государственный еврейский театр.

Говоря современным языком, «автором идеи и руководителем проекта» стал Давид Шварцман, гравер-инструментальщик Кишиневской фабрики игрушек, обладавший незаурядными лидерскими качествами. В создании нового творческого коллектива приняли участие драматург Мотл Сакциер, режиссер Рувим Левин и актриса Ханна Левина (бывшие студенты Московского государственного еврейского театрального училища), бывшие актеры Молдавского ГОСЕТа, еврейские писатели, профессиональные музыканты, балетмейстеры, художники, студенты и любители театра.

Официальной поддержки Давид Шварцман и его соратник-однофамилец Арон Шварцман добились в результате обращения в Министерство культуры МССР, Молдавский Совет профсоюзов, Отдел пропаганды Центрального Комитета Коммунистической партии Молдавии, в редакции газет «Советская Молдавия» и «Труд».

С середины 1965-го и вплоть до апреля 1966 г., когда было получено официальное разрешение создать самодеятельный еврейский театральный коллектив при Городском Доме молодежи, инициатива привлекала все большее число энтузиастов, включавшихся в репетиции и занятия идишем.

Театр открылся 8 ноября 1966 г. спектаклем «Новая Касриловка» по мотивам рассказов Шолом-Алейхема. Отклики на эту премьеру в русских и молдавских газетах интересны тем, что отражают не только ценностные ориентации рецензентов, но также информационную политику партийной прессы в середине 1960-х гг. По сравнению с премьерами других самодеятельных коллективов «Новая Касриловка» получила значительно большее количество газетных строк, причем две публикации сопровождались фотографиями.

Инсценировка цикла рассказов Шолом-Алейхема, написанных в 1901-1904 гг., была сделана драматургом Мотлом Сакциером в расчете на участие драматической, музыкальной и хореографической групп молодой студии. Сюжетную канву спектакля составили сцены «Касриловский вокзал», «Конкурентка», «Гостиница», «Экспроприаторы», «Ресторация» и «Касриловский театр». Жанр постановки был определен как музыкальная комедия, что сделало оправданным участие оркестра, танцевальной группы и хора. Используя прием «театр в театре», драматург и режиссер включили в спектакль сцену базара из классической оперетты «Колдунья» Авраама Гольдфадена. Написанные для инсценировки тексты пролога, эпилога и музыкальных куплетов дополняли оригинальные тексты Шолом-Алейхема.

Классические и современные мотивы переплетались в музыкальном оформлении (дирижер Михаил Муллер, студент IV курса Кишиневского института искусств) и в сценографии (художник-постановщик Яков Аш). Профессиональный художник, сын еврейских актеров, Яков Аш, в дальнейшем участвовавший во всех постановках Рувима Левина, выстроил сценическое пространство комедии на сочетании символических и функционально-иллюстративных элементов. Занавес с графическим портретом Шолом-Алейхема сменялся символическим образом открытой книги в глубине сцены, откуда по ходу действия появлялись персонажи. Задник представлял собой панораму еврейского местечка: условно-романтический ландшафт, в который органично вписывались мизансцены с участием хористов в черно-белых костюмах, танцевальные номера и массовые сцены (балетмейстер М. Клейдман).

«Новая Касриловка», заявленная в афише как «музыкальная комедия в двух отделениях, восьми картинах с прологом и эпилогом», стала популярной не только среди зрителей, говоривших на языке идиш. Увлекательное зрелище собирало полные залы, где звучала еврейская, русская и молдавская речь. Воспоминания зрителей, принадлежащих к разным этническим группам, подтверждают идею проницаемости культурных и языковых барьеров в рамках театрального зрелища.

В работе с актерским составом постановщик спектакля Рувим Левин выступал как режиссер, педагог и партнер по сцене (он сыграл роль своеобразного проводника в мире Касриловки). В создании спектакля участвовали актеры довоенного Молдавского ГОСЕТа (прекратившего существование после эвакуации театра в Узбекистан), такие театральные профессионалы, как Женя Златая, Аврум Беркович, Сойка Гоханская. Однако большую часть исполнителей составляли молодые студийцы, для которых «Новая Касриловка» стала первым выходом на сцену.

Репетиции спектакля сочетались с обучением актерскому мастерству и занятиями языком идиш. В этой студийной работе Рувим и Ханна Левины смогли задействовать профессиональные навыки, приобретенные в Московском государственном еврейском театральном училище.

Рецензенты и зрители отмечали талантливую игру молодых актеров Иосифа Беленкина (Гость в Касриловке) и Анны Гинзбург (Рохл). Замечательно исполняли свои роли девятнадцатилетний студент Борис Сандлер (Лгун) и школьница Ева Черная (Мирелэ), в дальнейшем связавшие свою жизнь с профессиональной деятельностью в еврейской культуре.

В течение пяти лет Кишиневский еврейский музыкально-драматический коллектив, получивший в 1968 г. статус народного театра, объединял около 100 участников. На формировании репертуара отразились эстетические принципы Рувима Левина, воспитанника Московского ГОСЕТа, и культурные традиции довоенной кишиневской еврейской общины. После «Новой Касриловки» театр выпустил спектакли по пьесам «Зямка Копач» М. Мееровича (1967) и «Гершеле из Острополя» М. Гершензона (1969).

С одной из постановок по пьесе «Зямка Копач» кишиневская публика уже была знакома: в довоенном Молдавском ГОСЕТе роль Зямки играла легендарная актриса Сиди Таль. Что же до «Гершеле из Острополя», то преемственность михоэлсовских традиций здесь была явной. Для Рувима и Ханны Левиных спектакль был особым в их профессиональной судьбе — именно этот спектакль был сыгран на сцене Московского ГОСЕТа в последний вечер перед закрытием.

В «Гершеле из Острополя» проявился незаурядный актерский талант Рувима Левина, сыгравшего в спектакле главного героя. Лирическая комедия о бедняке Гершеле, как и «Новая Касриловка», стала важным этапом для молодого театра. В постановке участвовали хор, балет и оркестр. Вместе с режиссером Рувимом Левиным соавторами спектакля стали молодой композитор Б. Дубоссарский, балетмейстеры А. Галустьян и Р. Рохман, художник Я. Аш. В этом спектакле проявились и блистательный талант Анны Гинзбург (Двося), и лирическое дарование Евы Черной (Ципкэлэ).

Дальнейшие творческие искания Рувима Левина и студийной молодежи воплотились в постановке «Свет и тень» (1968), созданной на основе музыки еврейских авторов и поэтических произведений на идиш.

Важным этапом в деятельности театра была постановка по пьесе Давида Бергельсона «Я буду жить!» (1970). В героической драме, посвященной победе советского народа над фашизмом, прозвучала тема сохранения еврейской идентичности и верности традициям. По замыслу режиссера, в сцене расстрела фашистами слепого старика-еврея, помогавшего партизанам, должна была исполняться специально написанная для этой постановки песня, начинавшаяся традиционным молитвенным восклицанием: «Шма Исроэл!»

Кишиневский еврейский театр был популярен не только в Кишиневе, но и в других городах Молдавии, где не раз бывал с гастролями. Спектакли проходили с аншлагом в крупнейших залах молдавской столицы. Успешными были гастроли в Вильнюсе со спектаклями «Новая Касриловка» и «Свет и тень» в ноябре 1968 г.

Театр привлекал внимание деятелей еврейской культуры из других городов СССР. К творческому содружеству с театром стремились драматурги, писатели, композиторы. Среди них — Иосиф Керлер, Зиновий Компанеец, Ирме Друкер, а также литераторы, объединявшиеся вокруг журнала «Советиш Геймланд» во главе с Ароном Вергелисом.

Особым гостем театра был Моисей Беленький, профессор Высшего театрального училища им. Б.В. Щукина, бывший директор Московского еврейского театрального училища. Рувима и Ханну Левиных он знал со времен их студенчества. Моисей Беленький стал наставником и для молодежи кишиневского театра. Его беседы о Соломоне Михоэлсе и Московском ГОСЕТе органично вписывались в неформальную образовательную программу, которую осуществляли в театре Рувим и Ханна Левины. Так, спустя годы после разгрома ГОСЕТа, получили продолжение традиции еврейской театральной педагогики Соломона Михоэлса.

Однако новые политические реалии конца 1960-х и начала 1970-х гг., официальное противостояние сионизму и усиление антисемитизма, изменения в структуре еврейского населения, связанные с алией, — все это сказалось и на судьбе еврейского коллектива. В декабре 1971 г. художественный совет театра во главе с Рувимом Левиным принял решение о прекращении деятельности труппы.

За время своего существования Кишиневский еврейский народный театр выполнял задачи, актуальные как для местной общины, так и для еврейского сообщества в Советском Союзе: развитие еврейской культуры и искусства, еврейского образования и воспитания, сохранение национальной идентичности.

В культурной истории Кишинева 1960-х гг. творческий коллектив под руководством Рувима Левина сыграл особую роль, обеспечив преемственность традиций и диалог поколений. Среди тех, кто был связан с этим театром, немало известных деятелей культуры и искусства. Назовем лишь некоторых. Борис Сандлер — писатель, редактор крупнейшей американской еврейской газеты «Форвертс». Борис Дубоссарский — композитор, профессор Молдавской государственной консерватории, признанный «ваятель скрипачей». Ефим Черный — легендарный клезмерский музыкант, руководитель Театра еврейской песни. Анна Гинзбург — популярная исполнительница еврейских песен в США. Создатель Молодежного драматического театра «С улицы Роз» и театрального лицея в Кишиневе, режиссер Юрий Хармелин, поставивший спектакль-памятник «Блуждающие звезды» с посвящением театру своей юности и театральным Учителям, успевшим сделать столь многое и для многих.

№4(40), 2010

…………………………………………………………………………………………………………………….

О СОБЫТИИ 10-ЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ, 

ИЛИ НЕМНОГО О БЕНДЕРСКОЙ СИНАГОГЕ И ЕВРЕЙСКОЙ СТАРИНЕ

 

       Десять лет назад  мне с группой представителей администрации Кишиневской синагоги по заданию тогдашнего Главного раввина Кишинева и Молдовы рэб Залмана Абельского довелось посетить Бендеры по весьма печальному поводу. Тогда сообщение об очередном акте вандализма в отношении евреев в Бендерах обошло многие средства массовой информации. В местном издании «Новая газета» в статье «В Бендерах осквернена синагога» было сказано следующее: «…неизвестные лица проникли в помещение, устроили там погром и осквернили синагогу. Не будем рассказывать, как это было сделано. Противно». Мы, как это ни противно, все-таки рассказали нашим читателям, как это было сделано: проникшие в здание синагоги мерзавцы  исполнили свои нужды прямо на столе, за который бендерские прихожане обычно садились, чтобы отметить традиционные еврейские праздники. Негодяи облапали священные книги, сорвали со стены ящик  для «цдаки», стащили утварь – шофары, серебряные ложечки, зачем-то забрали талесы, и напоследок  решились на поджог. Подожгли они настенный планшет с молитвами. Но В-вышний милостив! Пластиковая доска оплавилась и не дала огню распространиться дальше.

      Бендерская синагога-страдалица, построенная в 1814 году, несет на себе следы  и предыдущих издевательств, совершенных не неизвестными вандалами, а вполне конкретными лицами, чьи имена назывались в бесконечных судебных разбирательствах
касающихся  территории синагоги и незаконной пристройки к ней.

      Вспоминаю, как Михаил Тульчинский, руководивший тогда общественной организацией «Бендерская синагога и община», со слезами на глазах рассказывал о нуждах прихожан. «Здание нуждается в заботливых опекунах, — говорил он, — но где они?»

      Встретились мы тогда с представителями общественности Бендер. Я и теперь не перестаю восхищаться теми, кто встал на защиту еврейских духовных ценностей и синагоги. Их обращение к властям мы напечатали в газете «Истоки жизни»(№7, 2009, с.11), чтобы продемонстрировать, что порядочные люди проявляют свою жизненную позицию в любой обстановке и есть везде. Это обращение подписали:  депутат Бендерского Совета народных депутатов по 7 избирательному округу, руководитель Бендерского казачества  А. Локтионов; ОО «Честь и Родина», депутат горсовета

А. Гольдинский;  Социал-демократическая партия Приднестровья; Ключарь Свято-Преображенского Собора митрофорный протоиерей Леонид;

Политическая партия «Обновление»; ОО «Союз воинов-интернационалистов», ОО «Русская община «Добрыня»,  ОО Общество Белорусской культуры г.Бендеры; ОО Общество «Память»; ООО «Ешан» ЧКВ; Трудовой коллектив завода «Днестр-Авто»;

ОО Бендерское Общество инвалидов;  ОО «Фонд защиты прав человека и эффективной политики» г. Тирасполя; ОО «Ветераны ВОВ, труда и вооуженных сил г.Бендеры; Трудовой коллектив завода БМЗ .Честь им и хвала!

       По просьбе Главного раввина Кишинева и Молдовы Рэб Залмана Абельского мы составили перечень основных задач и нужд Бендерской синагоги для последующей передачи его тем, кто должен был помочь действующим еврейским храмам.

    А потом Михаил Тульчинский организовал для нашей группы своеобразную экскурсию по еврейским  местам Бендер. От всех сохранившихся зданий больниц и синагог, несмотря на их солидный возраст, веяло благородством и неповторимым обаянием ушедшей старины. Все они говорили о когда-то кипевшей здесь жизни, заполненной всем тем, что составляет суть естественного человеческого сообщества.

     Предлагаю всем поучаствовать  в фотоэкскурсе десятилетней давности. Что-то теперь со всеми  этими архитектурными раритетами?

Мирослава Лукьянчикова.

РАВВИН СОВЕТСКИХ ВРЕМЕН

К 110-летию со дня рождения бывшего раввина  Кишиневской синагоги

Льва Моисеевича Смоляка

 Прежде, чем взяться за предисловие к предлагаемой публикации, я, просматривая старую подшивку газеты «Истоки»(№7,2009, с.8),  обратила внимание на отрывок из мидраша «Эстер-Рабба» (10,11), где приводится дискуссия между римским императором Адрианом и законоучителем рабби Иегошуа бен-Хананией. Император выразил восхищение удивительной способностью еврейского народа выживать в любых условиях. Сравнив евреев с овцой, находящейся в обществе волков, он сказал: «Велика овца, сохраняющаяся в обществе семидесяти волков!». Рабби Иегошуа бен-Хананья ответил на это: «Велик Пастух (т.е. В-вышний), спасающий евреев!»

На протяжении всех эпох  вопрос об исторической жизнестойкости еврейского народа  не давал покоя многочисленным исследователям разных стран. Никакие попытки правителей истребить или ассимилировать его не увенчались успехом. Существует только один фактор, неизменный для всех обстоятельств истории еврейского народа – Тора и ее заповеди, которые евреи самоотверженно соблюдали в повседневной жизни.

Выдающийся русский философ Николай  Бердяев, который, отойдя от материализма и марксизма, пришел к глубоко религиозному миропониманию, писал в своей статье «Судьба еврейства», опубликованной в сборнике «Смысл истории» (Берлин,1923): «Еврейству принадлежала совершенно, исключительная роль в зарождении сознания истории, в напряженном чувстве исторической судьбы, именно еврейством  внесено в мировую жизнь человечества начало «исторического»… Нужно сказать, что со всякой материалистической и позитивно-исторической точки зрения этот народ давно должен был бы перестать существовать. Его существование есть странное, таинственное и чудесное явление, которое указует, что с судьбой этого народа связаны особые  предначертания. … Всемирно-историческая роль еврейства, в сущности, не может быть поколеблена научной критикой традиционной еврейской истории, таинственность этой судьбы остается неприкосновенной…».

В конце 20-ых гг. прошлого столетия в Бессарабии насчитывалось 366 синагог: 77 – в Кишиневе, 49 – В Бэлць, 44 – в Орхее, 31 – в Тигине, 22 – в Кагуле и т.д. В зависимости от  их прихожан, это были синагоги сапожников, меховщиков, стекольщиков и т.д.

После войны, унесшей жизни миллионов, вновь появились синагоги в Кишиневе, Бэлць, Фалештах, однако уже к 60-му году осталась одна — единственная – в Кишиневе. Кое-где возникали какие-то синагоги, но так же, как появлялись, так и исчезали.     Отдельной статьи заслуживает описание существования  Кишиневской синагоги в последующие годы, до той поры, пока РМ не стала независимым государством. Этот период фактически почти неизвестен. Только редкие свидетели тех времен рассказывают, по привычке вполголоса, как отмечались знаковые для евреев традиционные события и праздники.  Но синагога жила, жила своими раввинами, несшими свет Торы, вопреки всем запретам, прихожанами, сохраняющими в своей душе связь  с предыдущими поколениями и верой праотцов ради будущего детей, чтобы цепь времен не прерывалась.

Кто были эти раввины?  Об одном из них я, будучи редактором «Истоков», узнала от человека, приходившего в синагогу и исправно принимавшего участие в ее жизни.

Переминаясь с ноги на ногу, он робко протянул мне несколько листков бумаги, свернутых в трубочку. Это были заметки о бывшем раввине Кишинева Льве Моисеевиче Смоляке, которого мой посетитель знал лично. «О нем надо помнить, мой долг – рассказать о нем. В этом году ему исполнилось бы 100 лет!».

Так появилась в 2009 году статья в «Истоках» о Льве Моисеевиче Смоляке, кишиневском раввине советских времен, подписанная Владимиром Моисеем.

Время летит незаметно, и на дворе – год 2019. В честь 110-летия этого замечательного человека, духовного наставника евреев в период особого стремления властей нивелировать  и стереть из памяти народа его язык и историю, в знак благодарности одному из его прихожан за  возвращение имени раввина в ряды лидеров еврейства Молдовы, предлагаю вниманию читателей статью Владимира Моисея.

Мирослава МЕТЛЯЕВА (Лукьянчикова)

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ РАВВИНА Л. М. СМОЛЯКА

ПОСВЯЩАЕТСЯ

Родился Лев Моисеевич 15 Адара 5669 г.(08.03.1909 г.) в российском городе Оренбурге, в семье портного. Семья со скромным достатком, но традиционно еврейская. Учился в хэдэре, получил еврейское образование. Потом закончил среднюю, общеобразовательную школу. Поступил и успешно окончил строительный институт. В 1936 г. Лев Моисеевич становится офицером Советской Армии в одной из воинских частей Забайкальского Военного Округа. В войну(1941-1945 гг.) — служба в Узбекистане. В 1956 г. его переводят в Кишинев, потом — в Винницкую область (Украина). В 1963 г. медкомиссией он признан не годным к дальнейшей службе и уходит в отставку в звании подполковника.

Имея веру во В-вышнего, где бы Лев Моисеевич ни служил, при каких бы обстоятельствах не бывал — Тору он не забывал до последнего часа жизни… В одном письме его сын Александр (я с ним поддерживаю связь) написал: <<без сомнения можно считать уникальным тот факт, что мой папа умел сочетать в себе еврейское начало, при этом оставаясь отличным офицером Советской Армии (молился три раза в день, возлагал тфилин, соблюдал кашрут)>>.

Лучом света в жизни будущего раввина явилась Нахама Ехилевна, которая согласилась стать его другом , женой, а впоследствии идиш-мамой, с ней посчастливилось Льву Моисеевичу прожить всю жизнь. Она старалась быть незаметной, но ее верное плечо поддерживало его во всех начинаниях. В доме всегда царил дух постоянного кропотливого служения В-вышнему. В этом духе были воспитаны все его дети. А их у него трое: двое сыновей и дочь. Кошерная кухня объединяла всю семью, друзей и просто любознательных за большим еврейским столом. Такой семейный уклад позволял Льву Моисеевичу поддерживать духовную жизнь, уделять много внимания изучению Торы, Талмуда в целом. Более тщательно это изучение продолжалось после возвращения в Кишинев. Если до этого периода он был рабом человека против своей воли, с уходом в отставку он становится рабом В-вышнего по собственной воле. А это большой почет, радость для верующего еврея. У каждого еврея есть удел в будущем мире, но место, <<прописку>>, духовный потенциал мы можем заработать только на этой земле, изучая Тору, Талмуд, исполняя мицвот, а их у нас в Торе — 613… Иметь мудрость — это не человеческий дар. Это дар В-вышнего. Он дает эту мудрость только избранным, кто днем и ночью изучают Тору, Талмуд в целом, кто исполняет мицвот. Жизненная позиция, опирающаяся на основные законы Торы, позволяла Льву Моисеевичу активно заниматься как дискуссиями с другими раввинами и мудрецами Торы, так и практической деятельностью в сплочении вокруг прихожан Кишиневской синагоги для исполнения мицвот. И он стал их лидером.

Во второй половине шестидесятых годов в результате крупного землетрясения пострадало и здание синагоги. Власти Кишинева признали его аварийным и закрыли. Что же делает рабби Смоляк? Он добивается через местную администрацию экспертизы состояния здания, которая доказала возможность его восстановления с минимальными затратами. В короткий срок синагога была отремонтирована. Верхний свод здания и сейчас хранит мощную окантовку швеллерами и арматурой, стянутой болтами и гайками внушительных размеров. Конечно, это стоило больших затрат. Естественно, что все не обошлось без помощи В-вышнего.

До войны (1941-1945 гг.) в Молдове было много синагог. В каждой был свой Свиток Торы. В момент эвакуации некоторые евреи вместо вещей брали с собой эту святыню — Тору. По возвращении из эвакуации возвращались и Торы. Рабби Смоляк, узнав об этом, собрал все Торы по всей Молдове. Потом по мере того, как где-то открывалась новая синагога, она получала Свиток Торы.

Зарплаты рабби Смоляк не получал, но половину своей пенсии на нужды синагоги отдавал. Это факт.

В начале 1973 г. заболела рэбэцин Нэхама. После непродолжительной болезни, 5 Ияра 5733 г. (7 марта 1973г.) она ушла в мир иной, да благословенна память о ней! (Омэн).

Рабби Смоляк глубоко переживал смерть своей жены. Невосполнима была утрата. Но он собрался с силами и продолжил работу.

5 Ияра 5749 г.(10 мая 1989 г.) после продолжительной болезни перестало биться сердце раввина Смоляка Льва Моисеевича. Да благословенна будет о нем помять в веках! (Омэн)

Вл. Моисей, газета «Истоки» (№9,2009, с.10)

5